Поморский центр публичной политики Поморский центр публичной политики
                   
  Домой О проекте Контакты Форум  
Анонсы / Календарь
Декабрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            
Искать
Все события

Актуальные темы
 


Замечательная информация
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Яндекс.Метрика

Татьяна ЧЕРНИГОВСКАЯ: "Мир так устроен: барышня должна сопротивляться, а мужчина — проявлять настойчивость"

ЛЮДИ, Человек | социоЧеловек, Память

Сохранить страницу

Нейролингвиста, доктора физиологии и теории языка, член-корреспондента РАН, профессора Татьяну Черниговскую уговорить на интервью непросто. У ученого, как скромно она сама называет себя в Instagram, совсем нет свободного времени. Съемки в программе Познера и на канале "Культура", научные конференции и лекции по всему миру, любимая семья в родном Петербурге. Но SPLETNIK.RU так хотелось поговорить с Татьяной Владимировной, что мы попросили журналиста Софико Шеварднадзе отправиться в Петербург и пообщаться с одной из умнейших российских женщин современности.

Сегодня, 8 марта, мы наконец публикуем этот разговор о том, куда катится мир, что такое любовь с точки зрения науки и как устроен мужской мозг. В свете скандала с депутатом Леонидом Слуцким это интервью звучит особенно противоречиво. 

Татьяна Владимировна, вы же слышали про скандал вокруг Харви Вайнштейна?

Да, слышала.

У вас есть личное мнение по поводу всей этой истории?

У меня личное мнение по этому поводу довольно жесткое. Я даже боюсь, может, вирус сумасшествия какой-то на Землю напал или мутация какая внезапная случилась? Это шутка, естественно. Профессионально такие вещи говорить нельзя. Но то, что происходит — настоящее безумие. Дамы в возрасте, успешные, с состоявшимися карьерами — вдруг у них что-то там щелкнуло такое, и они все на него навалились, мол, он к ним приставал! А они сами что, у них вообще роль какая-то была? Если бы это было прямое насилие, тогда это была бы уголовная история, и Вайнштейн должен был уже не одно десятилетие сидеть в тюрьме. А если это такие истории, которые они сейчас рассказывают, значит, их согласие было.

 

В том же духе высказалась Катрин Денев, которая написала открытое письмо против этой кампании. Вы считаете, что даже неуклюжий флирт, даже назойливые ухаживания это не знак мужского шовинизма, агрессии?

Это, вообще-то, правила игры. Весь мир так жил всегда: приличная барышня должна сопротивляться, а джигит — некоторую настойчивость проявлять.

Согласна! Я грузинка, когда я говорю «нет», я имею в виду «да», поэтому иди пойми.

Я столкнулась с этим безумием, когда сколько-то лет назад приехала в Вашингтон работать по обмену. Правда, тогда это еще не приняло таких брутальных форм. Я просто не поняла, что происходит, и задала вопрос: а как тогда вообще у вас происходит флирт или, скажем, ухаживание? Ответы были какие-то мутные, типа, барышня должна дать понять, что она не против, или даже прямо сказать... Прямо сказать? Это же нарушение всех культурных правил!

 

Ну да, американцы придумали себе эту женскую революцию, которая приобретает уже пугающие масштабы. Я, кстати, обсуждала это с вашей коллегой-американкой, известным биологом-антропологом. И она говорит, что это все может полностью поменять парадигму мужских и женских взаимоотношений. Потому что на этом романтические ухаживания, любовь — все!

Да какое романтическое ухаживание, если в Британии в серьезных, со столетними традициями школах девочкам запрещено носить юбки, чтобы не дай бог никого там не задеть, нельзя говорить слова «мальчик» и «девочка». Это — сумасшествие, это — диагноз.

То есть культура в данном контексте нас не объединяет, а наоборот?

В этой культуре принято так, а в этой — так. Вот и все. Каждый из нас мог родиться с нашими же генами в другой точке земного шара — и иметь другой язык родным и другую культуру родной. Тут, кстати, есть и более сложные моменты. Последнее время в науке стали очень много говорить о таком феномене, как эпигенетика. Речь идет вот о чем. В школе, а уж тем более в университете нас всех учили, что приобретенные признаки не наследуются. Другими словами, если вы будете играть на флейте и знать пять языков, то из этого не следует, что эти знания перейдут вашим детям. Ну, вроде бы с этим все согласны. Но фокус в том, что, конечно, такие знания не перейдут, но кое-что перейдет. Если уж совсем примитивно и отчасти даже грубо сказать: чем мы лучше себя ведем, чем больше мы знаем, чем изящнее наше образование, тем лучше наши дети. При прочих равных. Наверное, сейчас толпа психологов и физиологов выйдет из-за кулис и меня убьет, но я правду говорю. Это не так грубо проявляется, как я сказала, это тоньше.

Но если посмотреть в общем и целом, женщины, которые правят миром, — это все равно исключение из правил. Вот чисто биологически это в нас заложено изначально — слабая женщина и сильный мужчина?

Я думаю, что да. Но при поправке, которую я уже сделала: разнообразие очень велико. Были женщины-амазонки, были женщины, которые правили государствами, и были очень жесткие женщины — княгиня Ольга Бог знает что вытворяла. И сколько угодно было и есть истеричных, слабых, закомплексованных мужчин...

...которые бьют женщин.

Сильный мужчина этого никогда не будет делать. У него должен быть биологический запрет на это. Поэтому, да, конечно, разница между мужчинами и женщинами есть, но ведь то, что мы собой представляем, — это такой коктейль: сколько-то этого, сколько-то этого, сколько-то этого. И у разных людей это сочетание разное. Мы нечто тащим с собой. Мы такие родились. Но плюс к этому еще важно, куда мы попали: кто нас воспитывал, за что нас ругали, что одобрялось в семье. Много раз приводила один пример, потому что мне понравилась эта история. Я как-то была в передаче у Татьяны Толстой и Авдотьи Смирновой...

 

 

«Школа Злословия».

Да-да. Они стали спрашивать про детей: что врожденное, а что не врожденное, и Толстая со свойственной ей экспансивностью вдруг говорит: «О, я поняла! Это все равно что кухонный комбайн: вот вы его купили, поставили на кухне, он стоит там, лучший в мире, лучше не бывает. Но для того чтобы он работал, нужно кофе туда положить, воду налить, в сеть его включить, на кнопочку нажать...» То есть нужно действие совершить. Поэтому, даже если человек родился с невероятными способностями, он может не стать гением, если окажется в ситуации, которая ему враждебна или хотя бы неблагоприятна.

Я хочу все-таки вернуть вас в русло отношений мужчины и женщины. Сейчас западный мир пытается поменять привычную парадигму отношений мужчины и женщины.

Я очень отрицательно отношусь к этому. Я считаю, что в дела небес нам не надо вмешиваться. Не знаю, как там в других галактиках, но на этой планете мир устроен так.

Так — это как?

Так — это когда есть два пола, у высших животных, во всяком случае, включая человека. Точка. Играть с этим — это играть с природой. Даже если игра идет не с самой природой, а как бы с социумом. Вот я недавно видела кусок документального фильма, который в Норвегии снимали, он меня просто в ужас привел. Хотя с Норвегией у меня трогательные отношения: во-первых, я ее люблю, а во-вторых, я еще академик норвежской академии. Ну вот, а кино было такое: детский сад, дети 4-5 лет, и учительница обращается к ребенку, условно, Гансу: «А ты уверен, что ты мальчик?» Ганс просто не понимает, что происходит. «Ты подумай, давай я тебе объясню...» И дальше начинается просто кошмар. На столе выложены муляжи — первичные, вторичные половые признаки из разной цветной пластмассы, и учительница этим крошкам, ангелам, рассказывает, что есть что и как этим пользоваться. А после этого говорит: «Вот тебе задание, ты домой пойдешь — подумай: ты мальчик? Или, может быть, ты девочка?» Я бы, если там жила, ее, наверное, застрелила просто. Эти люди — преступники. Потому что они сбивают детей. Дети, между прочим, имеют права. Когда взрослые предлагают им такую парадигму жизни на Земле, то они нарушают их естественные права. Вот когда этот Ганс вырастет — тогда он дальше будет с собой разбираться, сам или с психоаналитиком. Но маленький ребенок имеет право иметь маму и папу так же, как вороненок, лисенок, медвежонок и любое другое существо. Вы почему решили, что имеете право в это влезть? Это серьезные вещи!

То есть иметь двух отцов или двух мам...

Это чудовищная вещь. Она сыграет, понимаете. Может быть, нескоро, но когда эти дети вырастут, это будет иметь плохие последствия.

 

Главный аргумент, который бы сейчас любой западный человек вам предъявил: если ребенок растет в ужасных условиях в каком-то детдоме, где его бьют, не кормят, то лучше уж пусть его усыновит какая-то нормальная однополая пара и даст ему нормальную жизнь. Это действительно очень сложный вопрос.

Сложный. Но мы же с вами говорим не как две домохозяйки, а как профессиональные люди. И я вам говорю с позиций своей профессии. Все, что я знаю — антропологически, физиологически, психологически, лингвистически, когнитивно — про человека, говорит мне о том, что это очень плохая дорога. С плохим вектором. Пусть я ошибусь. Но вы ведь спрашиваете мое мнение? Я вам говорю: мое мнение такое. А что касается аргумента «ребенок в детском доме» — слушайте, ну в мире много всякого плохого происходит, но мы же не говорим о какой-то крайней ситуации, мы говорим о некой средней линии, о векторе, который приняла вот эта современная мода.

Скажите, пожалуйста: мозг у мужчины и женщины одинаково устроен?

Еще раз повторю, что спектр большой. Если взять некий средний вариант, которого нет на Земле, то да, мозг мужчины и мозг женщины отличаются. У мужчин гораздо больше нейронных связей внутри полушарий, а сами полушария как бы более автономные, если говорить очень грубо и ненаучно. А у женщин гораздо больше связей между полушариями. Они за счет вот такого проникновения в другой тип мышления — потому что левое полушарие гораздо более логическое, а правое полушарие гораздо более гештальтное, романтичное, если хотите, художественное — способны и это понять, и это. Ясно, почему так произошло биологически: потому что, несмотря на все новые тенденции и моды, все-таки основная роль женщины — это сохранить потомство. То есть, конечно, сначала его произвести с помощью мужчин, но затем сохранить в неприкосновенности, держать дом, очаг, сделать так, чтобы были сыты-здоровы дети... Это значит, не нужно бесконечно ругаться с соседками и соседями, а нужно уметь договариваться в разных условиях. Именно поэтому (я специально интересовалась) лучшие профессиональные переговорщики — это женщины. Они знают, как себя держать в узде, умеют быть нейтральными, не принимать ничью сторону, говорить и с этой стороной, и с этой стороной.

Тогда как же получается, что с мужчинами мы не можем быть такими рациональными? Мы истерим, обижаемся, совершаем безрассудные поступки...

Не вижу противоречия. Мы ведь не голова профессора Доуэля на подставке. Помните такой замечательный роман писателя-фантаста Александра Беляева? Мы представляем собой не только голову и не только ту часть головы, которая связана с интеллектом. Уже не говоря о том, что есть еще и эмоциональный интеллект. У нас есть эмоции, у нас есть гормональные фокусы, у нас есть серотонин и прочие штуки, которые обеспечивают наше поведение: депрессия — не депрессия, нравится — не нравится и так далее.

Но ведь все из мозга идет?

Да, но не из коры головного мозга, которая занимается мышлением — гештальтным художественным или рациональным и жестким. И у нас еще есть тело, которое отнюдь не является подчиненным мозга. Мы же понимаем, как принимаем решения. Вот вроде все раскладываем по полочкам, а потом — гори оно огнем! — принимаем другое решение. Противоположное тому, что сами себе сейчас доказали. Потому что мы сложные существа

А вы верите в любовь с первого взгляда?

Да, разумеется, да.

И что происходит в голове человека, когда она случается?

Дело в том, что это невозможно показать, к сожалению. Точнее, показать — можно, доказать — нельзя. В мозге, разумеется, происходят чрезвычайные всплески, но доказать, что эта картинка, условно говоря, показывает именно любовь или любовь с первого взгляда — невозможно. Эта же картинка может показать восторг от чтения книги или от божественной музыки. Вы можете испытать такие же экстатические чувства, когда написали удачную статью. Потому что когда мозг действует (если он функционирует всерьез), он действует на полную катушку, всегда, что бы вы ни делали.

Но, наверное, когда речь идет о любви, действуют еще какие-то флюиды?

У американцев есть же такое пошлое выражение: «It’s chemistry between them».

Химия.

Да, но они, к сожалению — или к счастью — попали в точку. Это таки химия на самом деле — феромоны. Я не хочу быть банально понятой, мол, «феромон сыграл, вот человек и влюбился». Но я не хочу быть понятой и в обратную сторону, что этого нет. Это есть. Есть запаховые портреты людей, но для нас это находится под внутренним цензурным запретом. Я просто занималась памятью на запахи, поэтому говорю это ответственно. Это подсознательная вещь, человек об этом ничего не знает. Это не про то, что «у Натальи такие потрясающие духи, что я отойти от нее не могу». Это про то, что находится ниже порога восприятия, вы сами не знаете об этом, но это действующие вещи, что доказывается серьезной наукой. Поэтому возможно, что это в прямом смысле «chemistry». Совпадение. Этот химический набор и этот химический набор подходят друг другу.

А chemistry может длиться вечно? Или у нее есть «срок годности»?

Тут нельзя ответить однозначно. Я думаю, что и то, и то. Вечно — это значит, люди вместе живут. Если они вместе живут, то их начинает объединять масса всяких вещей, от пристрастий к определенному типу дома, еде, одним и тем же книгам. Или я ненавижу твои книги, а ты ненавидишь мои книги, но мы как-то притерпелись. То есть чем дольше люди живут вместе, тем больше оказывается вещей не биологических, которые их связывают. Значит ли это, что chemistry вообще рухнула? Но кто ответит на этот вопрос? Это же нельзя зафиксировать. Нет прибора (его нет, не было и не будет), который зафиксирует подсознательные флюиды, идущие от этого человека к этому, когда эти двое говорят: все, мы созданы друг для друга, будем вместе вечно.

 

 

 

Сейчас очень много есть исследований, и с этим, в принципе, все согласны, что натура человеческая — она полигамна. Почему тогда мы все равно стремимся найти вот того одного-единственного? Почему такой казус получается? Все человеческое, к чему мы стремимся, противостоит нашей природе?

Я все-таки вас по-прежнему сбиваю с вашей линии и напоминаю, что люди представляют собой огромное разнообразие. Есть среди них полигамные, и ничего с этим не сделаешь, есть моногамные, и тоже ничего с этим не сделаешь. Ведь есть же такие, у кого никаких адюльтеров никогда, за всю жизнь. И не потому, что боятся... Не хочет человек — и все. То есть существует широкий спектр, и в нем может встретиться как этот полюс, так и другой полюс.

Ну а если брать средний срез, пусть в кавычках?

Я думаю, что тут действуют давние культурные запреты. Ну представим: мужчина, облеченный властью. Допустим, князь. У него множество подданных, и он должен быть уверен, что он передает трон — или не трон, наследство, право правления — своему сыну. То есть его идея такая: «Я должен быть уверен, что мои дети — это мои дети». Поэтому вот вам культурный запрет. Понятно, что он мог нарушаться, это отдельная тема. Но общий смысл такой — «сохраним порядок в мире». Другой вопрос, куда сейчас мир пришел, когда порядок рухнул весь, сразу, везде, за исключением тех мест, куда и смотреть-то страшно. Я имею в виду эти жесткие мусульманские культуры... Туда даже оборачиваться как-то жутко. Но весь остальной мир... Все же распалось. В Швеции парламент принял закон, по которому барышня должна подписывать бумажку, что согласна на сексуальный контакт... Они рехнулись, совсем рехнулись!

А вы знаете, что в Англии есть министерство одиночества? Потому что это страна с самым большим количеством одиноких людей.

И после этого скажите мне, что происходит? Планета вообще что планирует дальше делать? Это же все потенциальные страшные социальные взрывы, медицинские взрывы, потому что люди попали в ситуацию диффузного мира, который непонятно как устроен, им как жить вообще? Вот, собственно, что такое культура?

В широком смысле?

Да, культура как не-биология. То есть все, что сделано не природой. Так вот, культура — это система запретов. Иначе жить невозможно. Ты не сиди вот так за столом, потому что остальным неудобно, не наступай людям на ноги, не ори как ненормальный и так далее. В данном обществе принято это, это, это, это и это, поэтому оно может жить. Так жили много тысяч лет. Вот сейчас надоело, что ли?

А почему все-таки мы, действительно, скатываемся в какой-то сумбурный мир, где непонятно, что будет нормой, что будет не нормой?..

Да будут ли нормы вообще? Потому что если мы декларируем, что «я сам себе король и как хочу, так все и делаю» — да, но ведь и все остальные тоже такие же короли, кругом одни короли. У нас есть шанс выжить в этой ситуации?

 

В чем причина? Виноваты технологии?

Не знаю. Я, если честно, даже думала, но это дешево стоит, мое думанье. Может быть, действительно, какая-то мутация злостная пошла, что люди все просто спятили.

Вы правда считаете, что это мутация?

Для того, чтобы это утверждать, я должна — как ученый — иметь доказательства. Разумеется, таких доказательств у меня нет. Если бы здесь сидели мои друзья генетики — могу назвать список, кто были бы эти люди. Это были бы очень сильные генетики: и зарубежные, и наши. Они бы сказали: «Подожди, что ты плетешь, вообще? Ты доктор биологических наук, среди прочего. Ты должна бы знать, что мутации происходят все время, у каждого человека их несметные тысячи. Ты о чем говоришь?» Разумеется, я говорю не в этом смысле. Я имею в виду, что что-то щелкнуло — может, мы стали куда-то развиваться в другую сторону, в самоубийственную?

А может быть, все-таки на нас как-то влияют новые технологии, которые сейчас наводняют нашу повседневность? Вот смотрите, в Японии это уже норма — не встречаться с девушками, а просто с роботами общаться. И чем дальше — тем больше. Будут сексуальные куклы для мужчин и для женщин...

Они уже есть.

...и зачем ухаживать, тратить столько энергии на выстраивание отношений, когда у тебя есть робот.

Да, мы идем в эту сторону. Это обсуждается на разных серьезных научных конференциях, на всяких форумах: а что дальше-то будет?

И каков ваш ответ?

Мы должны сами для себя решить: у нас какие планы? Нам есть место на Земле? Если да, то какую роль мы планируем играть? Если мы собираемся конкурировать с компьютерами, кто мощнее, кто быстрее посчитает, то эту игру мы проиграли уже несколько лет назад. Или же мы делаем ставку на человеческое, на то, что компьютеру недоступно, но тогда мы должны и поведение другое выработать. Ну а если мы согласны на конец нашей человеческой истории — тогда остаются одни роботы и никакой любви с людьми.

Я говорила с одним профессором из Корнелльского университета, он изобретает самосовершенствующихся роботов. В частности, спросила его, могут ли роботы любить. Он говорит: они могут самосовершенствоваться только в рамках тех программ, которые мы в них закладываем. А так как мы сами не знаем, точней, человечество не знает, что такое любовь, то мы и не можем их научить любить. И я подумала, что на самом деле наше спасение в том, что мы не знаем, что такое любовь. Потому что если бы мы знали и их научили, то вообще была бы катастрофа.

Да, я согласна с этим, но я к этому списку добавлю еще кое-что. Оно будет сначала научно звучать, а потом ненаучно. Есть такое понятие, очень широко сейчас обсуждаемое в мировой философии, которое носит название first person experience. Можно перевести его как ощущение или восприятие от первого лица. Это качество присуще людям, а возможно, не только людям, обладающим сознанием. Оно не измеряется никакими приборами, ни децибелами, ни спектрами, ни сантиметрами, ни наночастицами. Не помню, кто это сказал (вспомнила! Витгенштейн), что любой текст — здесь под текстом имеются в виду не обязательно буквы, а все что угодно — это ковер, сложно сплетенный ковер, из которого каждый вытягивает свою нить. Например, мы с вами сидим пьем вино грузинское, и вы говорите: «Сладковато», а я говорю: «Кисловато». Нет и никогда не будет прибора, который покажет, почему вам это вино нравится, а мне — нет. Или вы говорите: «Терпеть не могу этого писателя». А я говорю: «Чудесный писатель». Вот что мы с этим будем делать? Понимаете, для меня аргументы специалистов, которые скажут: «Это хорошее, а это плохое», ничего не стоят. Мне важно, как я сама воспринимаю эту еду, эту прозу, эту ткань...

 

Вы сейчас напрямую подводите к слову «чувство». Человеческие чувства — робот их никогда не испытает. А чего нам друг в друге не хватает, почему нам нужен какой-то идеальный робот?

Отчасти это от лени. Я про лень ничего плохого сказать не могу, она вообще-то двигатель прогресса, и не будь ее, мы бы до сих пор коромыслом носили воду с речки. Но с другой стороны, нам хочется, чтобы кто-то делал вместо нас ту работу, которую мы делать не хотим. Пусть искусственные системы выполняют простые дела: квартиру убирают, руду добывают. Но они же развиваются. Вы же сказали — саморазвивающиеся роботы — вот оно! Они будут делать друг друга, они будут улучшаться, самосовершенствоваться, и в какой-то момент станут самодостаточны. И если — не дай Бог — у них действительно появится вот это first person experience, это будет значить, что у них есть сознание, что у них есть свои планы и мотивы, и в эти планы и мотивы мы входить не будем.

Просто страшно это слышать, особенно от вас... Вот вы говорите: главный мотиватор всего того, что сейчас происходит, это человеческая лень. А может, дело еще в том, что люди устали от чувств? Им не хочется испытывать боль, не хочется плакать по ночам.

Да, согласна. Я, конечно, алармистка, я все время всех пугаю, но посмотрите на молодое поколение, так называемое google generation. Приходишь в какое-нибудь кафе, они сидят за столом и вместо того, чтобы говорить друг с другом (я это постоянно наблюдаю), каждый разговаривает, возможно, даже с тем, кто сидит напротив, — через свой айфон! Люди вообще перестали общаться в реальном мире, а целиком скатились в этот виртуальный мир. А там все прекрасно. Ты настраиваешь программу по своему вкусу. Тебе надоело — ты ее выключаешь. Зачем тебе эти хлопоты? Тебе никто не противостоит, у тебя нет врагов, если враг есть — так ты его и укокошишь. Это кошмарное дело, вообще-то говоря, вы понимаете? Ведь психологи очень волнуются по поводу детей, а особенно подростков, потому что они настолько привыкли жить в этом виртуальном мире, что не хотят из него выходить. Это настоящая аддикция. Картина мозга человека с компьютерной зависимостью такая же, как у человека наркозависимого или алкоголезависимого. Зачем ему выходить во внешний мир, про который он: а) ничего не знает, как мы уже говорили; и б) этот мир, в отличие от компьютерной программы, ему подсовывает всякие сложности, с которыми нужно справляться. А возвращаясь к нашей теме, у них отсутствует либидо, они не знают, как флиртовать, что с девочками или с мальчиками делать, как дружить, как противостоять агрессии. Они живут как будто на другой планете.

Но по моим наблюдениям, все-таки «любовь с роботами» это тенденция больше мужская, чем женская. Ведь очень мало женщин, которые на такое пойдут.

Это говорит о том, что наша биологическая часть (а она, конечно, больше, чем любая другая) запрограммирована, неважно, эволюцией или Создателем так, чтобы род людской не прервался. Поэтому все эти гормональные вещи, все эти феромоны играют, это просто внутри звучит: я должна родить ребенка, я должна продолжить род. Ну не буквально в такой форме. Понятно, что никто из нас такого не говорит, мы интеллектуальные женщины, мы не произносим таких вещей.

И я все-таки опять возвращаюсь к любви. Может ли любовь спасти нас? Вот именно это чувство?

Я считаю, что да. Вроде бы все уже слышали и читали, что «любовь спасет мир». Но если вдуматься, это на самом деле совсем не банально звучит.

 

http://www.spletnik.ru/buzz/interview1/81128-tatyana-chernigovskaya-interview.html

 

Опубликовано: 08/03/2018
Просмотров: 1517
Комментариев 0
Вернуться назад
TOP: Свой взгляд
 
 
 
 
Другие

TOP: Мониторинг
 
Другие

Вопрос на понимание
31/05/2018
26/05/2018
23/05/2018
12/05/2018
Другие

Кейсы
Другие

Организации
 
 
 
 
 
(Показать все...)

Обращения
 
 
 
(Показать все...)
18+
Copyright © 2007-2018, Поморский центр публичной политики
Контакты: 8-911-550-45-32