О КАМЧАДАЛАХ И КУРИЛЬЦАХ
СТРАНА, Москва-метроПолия | Национальный аспект

Удивительно, но на территории Камчатки один из самых древних из ее коренных народов, который обитал на полуострове в течение нескольких последних тысячелетий, заселил и обжил не только эту землю, но и соседнюю Северную Америку, был признан в своих природных правах только в 2000 году. А другой, не менее древний народ, который заселил в свое время значительную часть Дальнего Востока (Приамурье, Сахалин, Японию, Курильские острова и Курильскую землицу на Камчатке от мыса Лопатки до реки Большая на западе и до Авачинской бухты на востоке) не признан на Камчатке в числе коренных малочисленных народов Севера (КМНС) и по сей день.

Речь идет о камчадалах и курильцах (курильских камчадалах, курилах или айну).

Историческое право на свою землю, как территорию традиционного проживания и традиционного природопользования, коряков и чукчей не подвергается сомнению — так был образован Корякский автономный округ, где проживают эти народы.

Право других малочисленных народов Севера, которые заселили тот или иной район Камчатки в более позднее, чем русские казаки-землепроходцы и русские крестьяне, время (например, алеуты были поселены на необитаемых Командорских островах в 1825 году, а эвены пришли в центральную Камчатку в середине XIX века) также было признано Советской властью и на территории Камчатской области были образованы два национальных района — Быстринский и Алеутский.

С айну (айнами) все оказалось гораздо сложнее, хотя коренные жители Шумшу и Парамушира переселились на Камчатку после 1875 года, когда Курильские острова перешли в подданство Японии, и поселились на территории, которую еще С.П. Крашенинников называл «Курильской землицей», основав два поселения — села Явино и Голыгино. Но так как на Камчатке айну (айнов) давно уже считали курильскими камчадалами, то и новые переселенцы тоже стали называть себя камчадалами, что и было отражено в последующих «ревизских сказках» и Переписях.

А с собственно камчадалами приключилась вот какая история. После Приполярной переписи северных народов в 1926 году этнограф Елизавета Орлова приговорила древний народ — камчадалов к забвению.

Вот вывод, который она сделала, и который стал приговором в судьбе каждого представителя этого народа: «Время идет и разница между русскими и „камчадалами“ все сглаживается, сходя на нет. Теперь уже почти нет возможности даже по физическим признакам отделить друг от друга эти народности. Обрусение „камчадал“ идет настолько быстрым и настоятельным темпом, что никакое отделение их от русских и отнесение к туземцам Камчатки не может вернуть их к состоянию прежних ительмен и всяческие попытки в этом направлении извне могут только затормозить их естественное обрусение».

И одним росчерком пера камчадалов, как древнейшую северную народность, исключили из всех списков народов советской истории. Прошло долгих семьдесят лет, прежде чем восторжествовала историческая справедливость и народность «камчадалы» была вновь восстановлена и узаконена в 2000 году.

Еще великий Георг Стеллер во время посещения берегов Аляски обратил внимание на тот факт, что внешний облик и язык камчадалов удивительным образом схож с внешним обликом и языком индейцев Северной Америки. И тогда заговорили о Берингии — историческом пути народов из Азии в Америку, проходящем в глубокой древности через Камчатку и Алеутские острова — Берингийский мост. А в XX столетии археолог Н.Н. Диков сделал сенсационное открытие при раскопках возле Ушковского озера в долине реки Камчатки — он нашел одно из древнейших захоронений человека в Азии, осуществленное десять или пятнадцать тысяч лет назад. И этот древний человек был не только протокамчадалом, но и протоиндейцем и протоэскимосом. Вместе с останками человека в этом захоронении были обнаружены и останки собаки. На сегодняшний день это самое древнее подтверждение времени и места приручения человеком собаки, ставшей на Камчатке не только домашним животным, но другом и соратником человека в его постоянной борьбе за выживание.

Но нельзя не согласиться с этнографом Елизаветой Орловой в том, что в камчадалах течет сегодня и русская кровь. Но сначала все было все-таки наоборот — именно русские казаки и крестьяне, солдаты и чиновники, которые по делу службы или царскому указу прибывали или ссылались на Камчатку, растворялись в среде коренного населения полуострова — камчадалов, курильцев (курилов, айну), коряков. На юге располагалась Курильская землица. Севернее ее находились родовые владения камчадалов, граница расселения которых с коряками проходила по реке Лесная на западном и реке Ука на восточном побережье полуострова. То есть слово «камчадалы» в те годы имело только одно значение — коренной житель Камчатки, или «туземец», «инородец», как говорили тогда. Это уже при Советской власти камчадалами стали называть старожилов полуострова, забыв о первородной сути этого слова. В начале 18 века по разным оценкам на Камчатке проживало до 50 тысяч коренных жителей. А русских было не более тысячи. В период Приполярной переписи населения осознавали себя камчадалами (хотя говорили на камчатском диалекте русского языка) 3704 человека. Это были не только природные коренные камчадалы, но и породнившиеся с ними потомки русских старожилов Камчатки — в основном казаков и крестьян, которые также осознавали себя к этому времени именно камчадалами, а не русскими, хотя не владели древним (ительменским) языком камчадалов.

Но этот язык камчадалы потеряли не по своей воле. В каждом камчадальском роду, обитавшем в бассейнах крупных лососевых рек, существовал свой особый диалект, а русские чиновники на протяжении двухсот с лишним лет практиковали переселение камчадалов в центральную его часть для поддержания дороги («каюрной гоньбы»), связывающей казачьи остроги — Большерецкий, Нижне- и Верхнее-Камчатский. Это был самый опасный район Камчатки — именно здесь постоянно вспыхивали эпидемии чумы и оспы, уносившие тысячи жизней. И вот для того, чтобы заполнить эти «пустоты», сюда переселяли камчадалов и с юга, и севера, и с востока, и с запада полуострова. Естественно, что для общения и понимания жителей разных мест, говорящих на разных диалектах ительменского языка и не по своей воле очутившихся на этом камчатском тракте, использовался русский язык, а собственный диалект постепенно забылся и сохранился только в самых отдаленных, слабо связанных с переселением местах на северо-западе полуострова, жителей которых по предложению всей той же Елизаветы Орловой, и было предложено называть, в отличие от других коренных камчадалов, ительменами, хотя это единый народ — одна большая камчатская семья, породнившаяся с русскими казаками и крестьянами, триста лет назад поселившихся на Камчатке.

Камчадалы.ru

http://ecodelo.org/rossiyskaya_federaciya/dalnevostochnyy_fo/kamchatskiy_kray/25399-o_kamchadalah_i_kurilcah-statia


21/01/2014

Copyright © 2014, Поморский центр публичной политики.
При использовании материалов сайта ссылка на www.pomorcpp.org обязательна.