Поморский центр публичной политики Поморский центр публичной политики
                   
  Домой О проекте Контакты Форум  
Анонсы / Календарь
Октябрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
Искать
Все события

Актуальные темы
 


Замечательная информация
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Яндекс.Метрика

О камчадалах и курильцах

СТРАНА, Москва-метроПолия | Национальный аспект

Сохранить страницу

Удивительно, но на территории Камчатки один из самых древних из ее коренных народов, который обитал на полуострове в течение нескольких последних тысячелетий, заселил и обжил не только эту землю, но и соседнюю Северную Америку, был признан в своих природных правах только в 2000 году. А другой, не менее древний народ, который заселил в свое время значительную часть Дальнего Востока (Приамурье, Сахалин, Японию, Курильские острова и Курильскую землицу на Камчатке от мыса Лопатки до реки Большая на западе и до Авачинской бухты на востоке) не признан на Камчатке в числе коренных малочисленных народов Севера (КМНС) и по сей день.

Речь идет о камчадалах и курильцах (курильских камчадалах, курилах или айну).

Историческое право на свою землю, как территорию традиционного проживания и традиционного природопользования, коряков и чукчей не подвергается сомнению — так был образован Корякский автономный округ, где проживают эти народы.

Право других малочисленных народов Севера, которые заселили тот или иной район Камчатки в более позднее, чем русские казаки-землепроходцы и русские крестьяне, время (например, алеуты были поселены на необитаемых Командорских островах в 1825 году, а эвены пришли в центральную Камчатку в середине XIX века) также было признано Советской властью и на территории Камчатской области были образованы два национальных района — Быстринский и Алеутский.

С айну (айнами) все оказалось гораздо сложнее, хотя коренные жители Шумшу и Парамушира переселились на Камчатку после 1875 года, когда Курильские острова перешли в подданство Японии, и поселились на территории, которую еще С.П. Крашенинников называл «Курильской землицей», основав два поселения — села Явино и Голыгино. Но так как на Камчатке айну (айнов) давно уже считали курильскими камчадалами, то и новые переселенцы тоже стали называть себя камчадалами, что и было отражено в последующих «ревизских сказках» и Переписях.

А с собственно камчадалами приключилась вот какая история. После Приполярной переписи северных народов в 1926 году этнограф Елизавета Орлова приговорила древний народ — камчадалов к забвению.

Вот вывод, который она сделала, и который стал приговором в судьбе каждого представителя этого народа: «Время идет и разница между русскими и „камчадалами“ все сглаживается, сходя на нет. Теперь уже почти нет возможности даже по физическим признакам отделить друг от друга эти народности. Обрусение „камчадал“ идет настолько быстрым и настоятельным темпом, что никакое отделение их от русских и отнесение к туземцам Камчатки не может вернуть их к состоянию прежних ительмен и всяческие попытки в этом направлении извне могут только затормозить их естественное обрусение».

И одним росчерком пера камчадалов, как древнейшую северную народность, исключили из всех списков народов советской истории. Прошло долгих семьдесят лет, прежде чем восторжествовала историческая справедливость и народность «камчадалы» была вновь восстановлена и узаконена в 2000 году.

Еще великий Георг Стеллер во время посещения берегов Аляски обратил внимание на тот факт, что внешний облик и язык камчадалов удивительным образом схож с внешним обликом и языком индейцев Северной Америки. И тогда заговорили о Берингии — историческом пути народов из Азии в Америку, проходящем в глубокой древности через Камчатку и Алеутские острова — Берингийский мост. А в XX столетии археолог Н.Н. Диков сделал сенсационное открытие при раскопках возле Ушковского озера в долине реки Камчатки — он нашел одно из древнейших захоронений человека в Азии, осуществленное десять или пятнадцать тысяч лет назад. И этот древний человек был не только протокамчадалом, но и протоиндейцем и протоэскимосом. Вместе с останками человека в этом захоронении были обнаружены и останки собаки. На сегодняшний день это самое древнее подтверждение времени и места приручения человеком собаки, ставшей на Камчатке не только домашним животным, но другом и соратником человека в его постоянной борьбе за выживание.

Но нельзя не согласиться с этнографом Елизаветой Орловой в том, что в камчадалах течет сегодня и русская кровь. Но сначала все было все-таки наоборот — именно русские казаки и крестьяне, солдаты и чиновники, которые по делу службы или царскому указу прибывали или ссылались на Камчатку, растворялись в среде коренного населения полуострова — камчадалов, курильцев (курилов, айну), коряков. На юге располагалась Курильская землица. Севернее ее находились родовые владения камчадалов, граница расселения которых с коряками проходила по реке Лесная на западном и реке Ука на восточном побережье полуострова. То есть слово «камчадалы» в те годы имело только одно значение — коренной житель Камчатки, или «туземец», «инородец», как говорили тогда. Это уже при Советской власти камчадалами стали называть старожилов полуострова, забыв о первородной сути этого слова. В начале 18 века по разным оценкам на Камчатке проживало до 50 тысяч коренных жителей. А русских было не более тысячи. В период Приполярной переписи населения осознавали себя камчадалами (хотя говорили на камчатском диалекте русского языка) 3704 человека. Это были не только природные коренные камчадалы, но и породнившиеся с ними потомки русских старожилов Камчатки — в основном казаков и крестьян, которые также осознавали себя к этому времени именно камчадалами, а не русскими, хотя не владели древним (ительменским) языком камчадалов.

Но этот язык камчадалы потеряли не по своей воле. В каждом камчадальском роду, обитавшем в бассейнах крупных лососевых рек, существовал свой особый диалект, а русские чиновники на протяжении двухсот с лишним лет практиковали переселение камчадалов в центральную его часть для поддержания дороги («каюрной гоньбы»), связывающей казачьи остроги — Большерецкий, Нижне- и Верхнее-Камчатский. Это был самый опасный район Камчатки — именно здесь постоянно вспыхивали эпидемии чумы и оспы, уносившие тысячи жизней. И вот для того, чтобы заполнить эти «пустоты», сюда переселяли камчадалов и с юга, и севера, и с востока, и с запада полуострова. Естественно, что для общения и понимания жителей разных мест, говорящих на разных диалектах ительменского языка и не по своей воле очутившихся на этом камчатском тракте, использовался русский язык, а собственный диалект постепенно забылся и сохранился только в самых отдаленных, слабо связанных с переселением местах на северо-западе полуострова, жителей которых по предложению всей той же Елизаветы Орловой, и было предложено называть, в отличие от других коренных камчадалов, ительменами, хотя это единый народ — одна большая камчатская семья, породнившаяся с русскими казаками и крестьянами, триста лет назад поселившихся на Камчатке.

Камчадалы.ru

http://ecodelo.org/rossiyskaya_federaciya/dalnevostochnyy_fo/kamchatskiy_kray/25399-o_kamchadalah_i_kurilcah-statia

Опубликовано: 21/01/2014
Просмотров: 4033
Комментариев 0
Вернуться назад
TOP: Свой взгляд
Другие

TOP: Мониторинг
Другие

Вопрос на понимание
03/06/2019
15/05/2019
13/05/2019
13/05/2019
Другие

Кейсы
Другие

Организации
 
 
 
 
 
(Показать все...)

Обращения
 
 
 
(Показать все...)
18+
Copyright © 2007-2019, Поморский центр публичной политики
Контакты: 8-911-550-45-32