Поморский центр публичной политики Поморский центр публичной политики
                   
  Домой О проекте Контакты Форум  
Анонсы / Календарь
Февраль 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29  
Искать
Все события

Актуальные темы
 


Замечательная информация
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Яндекс.Метрика

Владимир НАДЕИН: ТЮРЬМЫ ДЛЯ НАШИХ ДЕТЕЙ // Николай Сванидзе: Так ли Сергей Удальцов похож на Владимира Ленина?

ПРАВА и СВОБОДЫ | Гражданственность, гражданская активность

Сохранить страницу

Владимир НАДЕИН // Вот и в мой дом пришла беда. Рано утром в квартиру моей внучки Ани настойчиво позвонили. Вошли пятеро в сапогах и начали обыск. Потом её увезли в Следственный комитет. Там её допрашивали четыре часа. О чем спрашивали и чего требовали, Аня ни мне, ни бабушке, ни своей маме не сказала. Запрещено. С неё взяли подписку о неразглашении. То есть тебя бьют, а ты молчи.

Но мне её признания без надобности. Я и так всё знаю. Я знаю её и знаю наши органы. Моя девочка — человечек умный, добрый и честный. А органы — подлы, продажны и глубоко порочны.

 

По закону каждый обыск должен быть санкционирован судом или прокурором. Предполагается, что суд (прокурор) рассмотрит какие-то данные, взвесит все «за» и «против» и разрешат следователям войти в чужое жилище только в том случае, если без этого нельзя установить истину.

Обыск и допрос у Ани провели в связи с «тухлым» уголовным делом. Оно опирается на «события 6 мая», мелкую бытовую потасовку, полностью спровоцированную полицией. Сняли бы заместителя начальника московского ОМОНа, и вопрос был бы исчерпан. Но вместо снятия виновника они посадили в тюрьму множество ребят, а всех доказательств — сомнительная зубная эмаль у какого-то лживого вертухая.

Поэтому к делу пристегнули рвотное анонимное кино из помойки НТВ. Показали «встречу в майках», заснятую сквозь замочную скважину неведомо где и неведомо кем. Там неопознанная спина «координатора» несуществующей подрывной организации беседует с развязным грузином, сулящим деньги, которых у него нет. Координатор же обещает надкусить ядерную империю сразу с востока и запада — и всё это за полуторамесячную зарплату банковского клерка.

И дело даже не в том, что от всей этой затеи за версту воняет холодным потом судорожного путинского страха. И даже не в том, что моя внучка, в силу разных личных причин, не участвовала ни в «событиях 6 мая», ни во «встрече в майках». Главное, что негодяи, которые санкционировали у девушки рассветный обыск и последующую доставку её под конвоем в допросную комнату, прекрасно знали, что это не для истины, а для устрашения. Позвонили бы ей по телефону, попросили бы зайти в удобное для неё и для себя время — она бы правдиво и без утайки рассказала всё, что знает.

Но они не хотят знать правду. Они хотят слепить дело. Им плевать на чувства и судьбы наших детей и внуков. Если в тюрьме окажется юноша или девушка, совершенно ни в чем не повинные, не стряхнувшие и пылинки с самого нелепого из их драконовских законов, однако за это дадут очередной орден и право без оглядки крышевать еще один вкусный бизнес — они будут радостно потирать свои грязные лапы. Игра стоила свеч.

В стране не осталось ни единого института, который мог бы остановить эту тупую опричнину, пропитанную искренним, каким-то даже задорным презрением к законности. Они, не моргнув, выставляют преступлением всё, что им заблагорассудится. Уверен, что таковым в глазах судьи (или прокурора) стало знакомство Ани с Константином Лебедевым.

Они никогда не были близкими друзьями. Тем более их нельзя считать единомышленниками. Я имел удовольствие беседовать с Костей. Это умный, вежливый, воспитанный молодой человек. Я думаю, его мама имеет все основания гордиться таким сыном.


В отличие от моей Ани, которая по взглядам, скорее, либералка, Костя придерживается политических воззрений из левого спектра. Но ничего общего с Че Геварой. Никаких взрывов правительственных резиденций и нападений на казармы. Если бы у меня возникла необходимость охарактеризовать его взгляды, насколько я их уразумел, то я бы назвал их лево-социалистическими. Они чуть радикальнее британского лейбориста К. Эттли, но чуть консервативнее, нежели у основателя Израиля Д. Бен Гуриона.

Но вообще-то Аня больше дружна с подругой (невестой?) Кости, нежели с самим «государственным преступником», который ныне томится за решеткой. Зная нравы наших органов, я отчетливо сознаю, что они никогда и ни за что не выпустят молодого человека из тюрьмы без обвинительного приговора. Они будут склонять мою внучку к лжесвидетельствам угрозами и посулами. Они нагадят ей в аспирантуре, где она учится. Они напишут на работу. Они постараются сделать невыносимым каждый день её повседневной жизни.

И её, и всей нашей семьи. И моей жизни — в особенности.

Особенность состоит в том, что я всегда жил душа в душу с моими внучками. И в школе, и в институте, и позже, после получения диплома, у Анюты не было от меня никаких секретов — разумеется, в той мере, в какой не может быть секретов у современной девушки от престарелого деда. В частности, она всегда спрашивала у меня совета, и я неизменно отвечал: ничего не бойся, но поступай по совести. Когда Аня активно включилась в наблюдение за выборами, когда она тратила свои выходные и свои деньги, чтобы поехать в Ярославль или Химки, бабушка умоляла: Анечка, не надо! Анечка, подумай! Анечка, я за тебя боюсь!

Я же говорил внучке: если не ты — то кто?

И вот теперь у моей девочки отобрали загранпаспорт, взяли подписку о невыезде и запретили ей рассказывать даже мне, о чем они её там пытали и что она говорила им в ответ. Это неведение особенно мучительно, поскольку я знаю, как легко, с какой злодейской радостью наши плевать-на-право органы переводят свидетелей в подследственные, а обвиняемых — в узники. Дай им волю, они лихо попересажают самых честных, самых добрых и совестливых наших детей и внуков.

Меня не покидает ощущение, что эту волю мы им уже дали.

http://www.ej.ru/?a=note&id=12397

 

 

Так ли Сергей Удальцов похож на Владимира Ленина?

Я не знаю Развозжаева лично. Идеологически это далёкий от меня человек. Говорят, что честный малый, но это отзывы его соратников, кто там их разберет. Поэтому  мне трудно сказать, насколько он склонен он к фантазиям.

Однако его слова о пытках больше похожи на правду. Совершенно очевидно, что в Украине Развозжаев обращался за помощью в какие-то международные структуры. Нет оснований сомневаться, что его действительно сцапали посреди Киева, матери городов русских. Сунули в кутузку, связали по рукам и ногам, привезли в Москву, по дороге не давая пить и есть, справить нужду и угрожая его близким. То есть, оказывая на него такое физическое и моральное воздействие, которое по всем международным канонам является настоящей пыткой. В 30е годы, между прочим, это было одной из самых популярных пыток. У следователя заканчивался рабочий день, и ему на смену приходил другой. А допрашиваемый всё время оставался в кабинете. Ему не давали спать порой по несколько суток –не спи, сволочь, отвечай, о чём спрашивают. Когда человеку не дают спать, есть и пить, при этом не пускают ещё и в туалет, мало никому не покажется. Бить-то, в общем, уже и необязательно. В таких условиях, под угрозой, что его и его семью уроют, Развозжаева заставили подписать что-то развернутое в отношении своего коллеги Сергея Удальцова.

Несмотря на то, что представители СКР продолжают твердить заклинание об отсутствии побоев и жалоб со стороны задержанного, Развозжаев вполне может повторить рассказ о пытках и на суде. Неужели его будут, как на больших процессах 30х годов, накачивать какими–то спецсредствами? К счастью, сегодня такие вещи так или иначе проясняются. К нему даже вынуждены были пустить членов общественной наблюдательной комиссии, хотя и промурыжили их перед этим пять часов. Им-то он и рассказал о пытках в подробностях и деталях.

Я, конечно, не могу заглянуть в его черепную коробку. Но трудно представить, что человек добровольно явился в органы, всё честно рассказал и подписал, а потом передумал. Предположим, что его не пытали. Допустим даже, что котлетами по-киевски кормили и кофе по требованию подавали. Просто сказали, давай, парень, сдавай всех, иначе сядешь плотно. Безусловно, это не давление, а обычный следовательский прием. Предположим, Развозжаев испугался такой перспективы и дал показания. Но тогда почему он передумал? Чтобы перед своими оправдаться?

Как-то не канает, говоря на жаргоне. Логики никакой. Если он просто такой странный парень, который сначала всех сдал, а потом решил оправдаться, то он ничего не выигрывает. Таким образом Развозжаев перед своими уже не оправдается. Зато от правоохранительных органов получит по полной программе. Слушай, дорогой, ему скажут, мы тебя тут пальцем не тронули, а ты на нас поклеп возводишь? Не слишком ли рискованное поведение для человека за решёткой – врать про людей, в полном распоряжении которых он сейчас находится? Совсем не по понятиям. Тогда за него действительно могут взяться как следует, уже из соображений личной обиды. И по случаю с Магницким мы знаем, как это бывает.

Вызывает удивление вопрос – а почему вообще пошли на такие насильственные меры? Например, с делом Магницкого более-менее понятно, там увязаны достаточно серьезные люди и огромные деньги. Но здесь такая жесткая операция осуществляется только для того,  чтобы подтвердить информацию из одного странного произведения, которое недавно показывали по одному телеканалу. Кто такой Удальцов? Удальцов даже на выборах в Координационный Совет оппозиции не вышел в лидеры. Кто он такой, чтобы ради него государство рисковало своей репутацией, обвинениями в применении пыток? Ведь потом же не отмоешься.

К чему такое несоответствие цели и средств? Тяжелые, преступные, чреватые серьезными международными моральными последствиями, действия, направленные в такую незначительную мишень – в сторону одного из лидеров хилой оппозиции, причем не самого сильнейшего. Неужели наши власти убедили себя, что он так похож на Владимира Ильича Ленина, которого тоже сначала никто в грош не ставил, пока он не окреп в своём шалаше и не захватил власть в стране? Конечно, Удальцов, по-своему обаятельный человек, но всё-таки не тянет ни на Ленина, ни на Троцкого. Да и сама ситуацию на ту не тянет.

Другое дело, что массу вопросов вызывает уже сам политический контекст,  в котором мы все находимся. Законодательство буквально на наших глазах, в течение считанных месяцев, становится несопоставимо более репрессивным. Совсем недавно был принят закон, расширяющий понятие госизмены до таких пределов, что теперь страшно иностранцу на улице дорогу подсказать. Строго говоря, это тоже пособничество – а вдруг он со связкой гранат направляется в ту библиотеку, про которую спрашивает? Все это пахнет большим неадекватом. Поэтому очевидная неадекватность действий правоохранительных органов, которая следует из слов задержанного, вполне логично вписывается в этот контекст. По событийной логике, а также констатируя факт, что наши органы повышенной гуманностью не славятся в принципе, к сожалению, я более склонен верить словам Развозжаева.

И теперь мы можем долго спрашивать, кому на руку очередной виток силового неадеквата. По-моему, никому. Власти уж точно не на руку. Однако власть охотно позволяет себе действия, которые ей не на руку. Концепция одна – мочить оппозицию. Потому что оппозиция  - не партнер по диалогу, не собеседник и даже не оппонент. Это враг. А, как мы знаем из классики, если враг не сдается, его уничтожают. Однако когда из таких пушек бьют по таким воробьям, это отнюдь не свидетельствует о крепости позиций власти. Во всяком случае, сама власть таковыми их не считает, иначе бы не растрачивала порох. В любом случае это неэффективно. Когда власть бросает вожжи, позволяя лидерам оппозиции самим проявлять себя, а у них это не очень хорошо получается, кремль выигрывает значительно больше. Но когда он достает нагайку и начинает месить окрест себя, у него получается плохо, потому что времена, а вслед за ними и политическая методология, изменились.

Я не знаю, как они теперь будут выкручиваться. Сейчас вокруг этого события некоторая пауза, потому что все задаются теми же вопросами – а почему, а кому это надо, а правда или неправда. Но скоро пауза завершится, ибо случай по- нехорошему яркий. Человек говорит, его пытали и заставили написать ложные показания. Официальные структуры отвечают, что нет – он сам пришел с явкой и сам всё написал. Слово против слова. Но кому в этом случае люди больше поверят, тем более, если учитывать традиции и репутацию наших органов? 

http://maxpark.com/user/3294380395/content/1625640

 

Опубликовано: 26/11/2012
Просмотров: 2002
Комментариев 0
Вернуться назад
TOP: Свой взгляд
Другие

TOP: Мониторинг
Другие

Вопрос на понимание
03/06/2019
15/05/2019
13/05/2019
13/05/2019
Другие

Кейсы
Другие

Организации
 
 
 
 
 
(Показать все...)

Обращения
 
 
 
(Показать все...)
18+
Copyright © 2007-2020, Поморский центр публичной политики
Контакты: 8-911-550-45-32